В детстве каждую неделю я смотрел "В мире животных". Газели и лани, этиграциозные млекопитающие, проводили свои дни в страхе. Львы и пантерыпребывали в состоянии тупой апатии, прерываемой краткими вспышкамисвирепости. Они убивали, терзали, пожирали слабых, старых или больныхзверей, а потом вновь погружались в бессмысленную сонливость, пробуждаемыеот нее разве что нападениями паразитов, что грызли их изнутри. Междудеревьев скользили змеи, цапая своими ядовитыми зубами птиц и млекопитающих,если только чей-нибудь хищный клюв внезапно не разрывал на части ихсобственное тело. Важный, глупый голос Николая Дроздова сопровождал эти жестокиесцены комментариями, исполненными ничем не оправданного восторга. С каждой передачей я все больше убеждался в том, что в целом дикая природа, какова она есть, не чтоиное, как самая гнусная подлость; дикая природа в ее целостности не чтоиное, как оправдание тотального разрушения, всемирного геноцида, апредназначение человека на земле, может статься, в том и заключается, чтобыдовести этот холокост до конца.