Я вышел. Через десять минут на площади… Мне было слегка не по себе, почему она такая странная? Казалось вот мы только что были вместе и нам было хорошо, а стоило упомянуть Алису, и она тут же преобразилась. Неужели ей не хватает того, что я выбрал ее? И так должно быть понятно – я хочу быть только с ней, мне не нужен больше никто. А зачем так обижаться, что я хочу уехать отсюда? Что в этом такого. Хотя она, конечно, не знает о том, что это за место для меня, для нее это вполне обычный пионерский лагерь.
Пытаясь ответить на эти вопросы, я даже не заметил, как дошел до домика Ольги Дмитриевны. Я зашел внутрь. А что мне собственно нужно взять с собой? Зимнюю одежду? Купальные плавки? Телефон? Все это мне не нужно там, куда я уеду. А куда я еду… Я и сам не знаю на это ответа. Куда угодно, только бы подальше отсюда. Тем не менее я положил телефон в карман и вышел из дома.
Спустя пару минут я стоял и ждал Лену. Она должна подойти с минуты на минуты. Но вдруг я вспомнил, что забыл у нее в домике свой пионерский галстук. Глупость конечно, как меня может волновать такая мелочь? Но что-то внутри меня хотело его вернуть. А может мне просто хотелось снова увидеть ее, нет, не здесь на площади, а в доме. Не знаю зачем. Ждать ее на площади, чтобы потом снова вернуться к ней в домик за галстуком? Это глупо. Так что я решил пойти в ее домик сам прямо сейчас.
Спустя несколько минут я уже стоял на крыльце. Вообще уже прошли десять минут, и она должна выйти сама, но ее не все еще не было. Так что я решил войти в дом. Я постучал в дверь - ответа нет. Может не слышит, или не хочет слышать? Я постучал еще раз, более настойчиво. Ответа не последовало, тогда я открыл дверь сам. В домике царил полумрак, сквозь занавески на окне просвечивал дневной свет, но его было недостаточно. Я вдруг ощутил страшную духоту внутри. На полу валялись несобранные вещи, у кровати стоял открытый чемодан. Я посмотрел на кровать, на ней лежала Лена. Я не мог рассмотреть ее сквозь царивший полумрак, но мне она показалась спящей, странно… Я подошел поближе: Лена раскинулась по всей кровати, левая нога свисала и касалась пола, правая упиралась в стенку; тело, прикрытое простыней, безжизненно лежало словно мешок с мукой или сахаром; левая рука, как и нога, касалась пола, рядом с ней лежал нож. Кухонный огромный нож. По спине пробежали мурашки и выступил мокрый холодный пот. Я резко посмотрел на ее правую руку, которая была спрятана за туловищем и локтем касалась стены. Что это? Я не мог поверить тому, что вижу. По всей руке от запястья до локтя с внутренней стороны шел глубокий, широкий разрез. Из него тихо пульсируя лилась кровь. Она перерезала себе вены!
- Дура, что же ты сделала!? – закричал я, еще не совсем понимая того, что вижу. – Зачем? Зачем? – сказал я тише, подавляю подступивший к горлу ком.
- Прости…Прости, Семен – тихо, одними губами пролепетало ее бледное лицо.
- Агггхххх….ААААа – вырвался из меня крик отчаяния, на глазах появились слезы, голова закружилась – Лееена, Леночка…ЗАЧЕМ!?
- Мне надоело скрываться под маской….Я хотела быть настоящей…Прости меня.. – пролепетала она.
В голове закружились тысячи различных мыслей, я не мог выделить что-то одно. И вдруг как раскат громя посреди ясного дня в голове прогремел голос: «Нельзя терять времени, ее еще можно спасти! Вставай нюня». Именно этот голос перекрыл все мои мысли, слезы перестали течь по щекам, разум вдруг стал кристально чистым и лишь голос отчетливо чеканил какие-то отдельные фразы. Я вспомнил обрывки той информации, которую я знал про спасение людей. Я пожалел, что в школе никогда не обращал внимание на то, что говорит учитель по ОБЖ. Одновременно с этим, я на автомате выбежал из дому и побежал к медпункту. В голове в это время всплывали отдельные слова: артерия, вены, поперек, вдоль, кровь, кровотечение, жгут… Нужно остановить кровотечение жгутом, порез очень глубокий, нужно продезинфицировать его. С такими мыслями я вбежал в медпункт, пытаться открыть дверь глупо, так что я сразу подбежал к окну и кулаком разбил его. По кулаку потекла кровь, но это меня волновало в самую последнюю очередь. Я пролез в разбитую створку и подбежал к шкафчику с медикаментами. Он, к счастью, закрыт не был. Мне нужны бинты, жгуты, болеутоляющее, йод, перекись водорода, зеленка и чистая вода. Бинты и жгуты лежали сверху, рядом же была большая аптечка с лямкой. Я схватил сумку, закинул туда жгуты и бинты. Из предыдущего опыта я знал, что болеутоляющее лежит в тумбочке. Там же я нашел зеленку и йод, вода была на стеклянной полке рядом с кроватью. Запихнув все это в сумку, я выпрыгнул из окна. Голова была абсолютно пустой, в ней лишь вертелись названия нужных мне лекарств и алгоритм моих действий. В мгновения домчался до домика. Вошел в распахнутую дверь, по пути достав жгуты. Я уверенно слегка приподнял Лену так, чтобы рука с раной была выше сердца, не знаю зачем я так сделал, но мне казалось, что так нужно. В процессе мне вспоминались отдельные цитаты из слов учителя по ОБЖ; какие-то строки из учебника; что-то из статей, которые я когда-то читал; что-то я додумывал сам, основываясь на здравом смысле.
Я начал закреплять жгут выше локтя на тоненькой Лениной ручке, в какой-то момент мне показалось что я слишком перетянул, но я решил, что лучше пусть ей отрежут руку из-за гангрены, чем она умрет. С того момента, как я убежал в медпункт и вернулся вылилось порядочно крови, мне было сложно оценить сколько именно, но никак не меньше чем литра два. Я посмотрел на лицо Лены, оно было белое как снег.
- Все режут поперек, а ты вдоль. – Сказал я беззлобно, скорее чтобы разогнать давящую со всех сторон тишину. Я не рассчитывал, что она что-то ответит, но она прошептала совсем тихо:
- Не надо, Семен. Отпусти меня…Я не хочу… - В этот меня мало волновало, что она хочет и я решительно принялся за порез.
Сначала, ватой которая была в аптечке, я убрал всю вытекшую кровь. Она перестала литься из пореза после того, как я наложил жгут. Это меня радовало. После того, как края пореза стали относительно чистыми я внимательнее разглядел рану – она была достаточно глубокой, но неумелая Ленина ручка лишь оцарапала вену и порезала мышцы, по крайней мере мне так показалось. Я вспомнил про обезболивающее. Открыл ее рот и аккуратно положил туда две таблетки. После подал ей бутылку с водой и потихоньку наливая ей в рот воды, сказал:
- Пей. Осторожно, не хватало чтобы ты еще захлебнулась. – Сказал я голосом, не терпящим никаких возражений. Лена послушно хлебнула.
Я начал промывать рану водой, Лена лишь приглушенно охала и стонала. После я обработал края перекисью водорода, начал наматывать бинты. Я делал это не спеша, но четко и аккуратно, бинт плотно прилегал к руке. В итоге получилось относительно неплохо. Даже очень неплохо для человека, который первый в жизни столкнулся со вскрытыми венами. Я посмотрел на Лену – кажется она была без сознания или в глубоком сне.
Кровь из руки не шла, но расслабляться рано. Теперь нужно думать, как доставить ее в больницу…. Лена говорила про автобус, но когда он подойдет? Через двадцать минут или через два часа? С момента, как Лена перерезала вены прошло около получаса. Нужно идти на остановку и ждать, больше делать нечего.
Внезапно я ощутил нахлынувшую на меня усталость, но ее необходимо побороть. Еще ничего не решено. Я подумал как лучше транспортировать Лену на остановку. На носилках я один ее не унесу, на тележке ее везти опасно. Остается лишь одно – нести на руках. Но смогу ли я? Однако меня никто не спрашивал смогу я или нет, другого выхода просто не было. Я встал с колен, размялся и потянулся, делать нечего – придется нести. Я осторожно положил ее покалеченную руку ей на грудь. Под ноги я протянул свою левую руку, а правой приподнял ее лопатки. Она оказалась легче, чем я думал, но все равно тяжело. Я опустил ее ноги пониже, а грудь наоборот поднял. И, кряхтя, я пошел в сторону остановки. Набрав темп нести ее стало не так тяжело, но я все равно быстро вспотел.
Чем ближе я был к воротам, чем тяжелее становилась моя голова. В нее начинали лезть те самые мысли, которые я отогнал от себя пол часа назад. Зачем она это сделала? Что ей руководило? Почему она так решила? Виноват ли я? Хотя что за вопрос, я – единственная причина всего этого. Ведь она такая хрупкая и ранимая, неудивительно что она так ревностно отнеслась к моим вопросам про Алису. К горлу вновь подступил комок, из глаз потекли слезы. Нет, это все неправильно, всего этого не должно быть. Я просто люблю тебя, почему ты это сделала!?
Я подошел к остановке. Бережно положил Лену на скамейку и осторожно примостился с краю. Физически я даже не устал, но морально… Я был просто разбит. Мне было тяжело думать, и я погрузился в прострацию. Сколько я так просидел? Час? Два? На горизонте показался автобус. Нет, в ступоре я был не более пятнадцати минут. Солнце все еще было в том же положении, что и когда я пришел сюда.
Удивительно, еще неделю назад я бы был вне себя от радости, узнав, что уезжаю отсюда. Но сейчас мне было все равно, пофиг. Как будто что-то умерло внутри меня. Когда автобус подъехал ближе, я встал и помахал рукой. В какой-то момент мне показалось, что автобус так и проедет мимо. Но он остановился. Дверь открылась, это был все тот же Икарус. Я начал поднимать Лену на руки, как водитель выскочил из автобуса и спросил:
- Что? Что случилось с ней? Почему она лежит?
- Несчастный случай, порезалась…наверно. Я оказал ей медицинскую помощь какую-мог, но долго она так не протянет. До райцентра сколько ехать?
- А что такое с ней случилось? – Глупо пялясь на нее, спросил водитель снова.
- До райцентра ехать сколько? – Резко и грубо прикрикнул я.
- Ну часа два с половиной, если гнать буду, то два. – Чуть обиженно сказал он.
- Не успеем, она и так чудом еще жива. - Выдохнув, сказал я. Чувство обреченности охватило меня, неужели все то, что я сделал было бесполезно? – А ближе населенные пункты есть?
- Ну да, есть село. Там даже больничка имеется. – Поймав мой взгляд, он быстро добавил – Минут сорок ехать, но если разогнаться, то за пол часа должны доехать.
Я устало кивнул. Что ж, пол часа Лена должна протянуть. Водитель помог мне занести ее в салон и уложить. Затем он сел в кабину и мы двинулись. Я тяжело закрыл глаза и в голове пронеслись события последних дней: ссора Лены и Алисы; мои попытки оправдаться перед Леной; ее пропажа на целый день; наш разговор под звездами; мощный удар в челюсть Алисы; утро следующего дня; эти несколько часов в ее доме; разговор про Алису; и, наконец, ее попытка самоубийства. Я открыл глаза. Автобус ехал по проселочной дороге, я подошел к водителю:
- Долго еще?
- Нет, почти на месте. Мы уже пол часа в пути, я гнал как мог.
Я подошел к Лене, посмотрел на нее. Бледное лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Вдруг мне показалось, что она мертва. Я схватил здоровую руку в надежде прощупать пульс, но не мог его найти. Волосы на голове встали дыбом, но напряжение упало, когда ее грудь слегка колыхнулась, выдыхая воздух. Я посмотрел в окно, впереди был шлагбаум. Водитель автобуса заблаговременно посигналил и из небольшой постройки вышел человек. Автобус остановился. Подошедший человек подошел к окну и спросил:
- А вы кто такие? Мы никого не ждем, по расписанию к нам должны приехать только через три дня.
- У нас срочное дело. С девочкой произошел несчастный случай, до города не доедет. Вся надежда на вашу больницу. – Сказал водитель тревожным голосом.
- Да? Ну тогда проезжайте быстрее, сейчас пропущу. – И перейдя на бег, сторож побежал к шлагбауму и начал поднимать его. Икарус тронулся вновь и спустя пять минут мы остановились у развилки. Шофер открыл дверь и помог мне вытащить Лену.
- А где медпункт? – Спросил я.
- А вот он, - Водитель ткнул пальцем на серое одноэтажное здание, по размеру немногим больше, чем медпункт в «Совенке», - сейчас позову докторшу.
Через минуту вышла пожилая женщина, за ней следом шел шофер, держа в руках носилки. Я помог ему положить Лену на носилки, а в это время женщина спросила меня:
- Что случилось?
- Несчастный случай, порезалась наверно, точно не знаю. На правой руке от запястья до локтя порез. Я наложил жгуты, остановил кровь, дал обезболивающее. Но у нее большая кровопотеря. Чудом выжила. – Говорил я быстро, но без запинки, активно жестикулируя.
- Несчастный случай? Случайно вены вскрыла? Ну бывает… Ладно, несите ее внутрь. – Хмурое лицо женщины ничего не показывало, но видимо ее действительно больше волновало текущее положение Лены, чем то, что ее в него ввело.
Мы занесли Лену внутрь, после чего врач сказала:
- Можешь идти, пока ты здесь больше не понадобишься. Советую сходить к начальнику совхоза, он разберется что с тобой дальше делать.
На следующий день за Леной приехала скорая и ее увезли в город. Меня радовало то, что она осталась жива благодаря мне. Но теперь стоило задуматься о том, что будет со мной. В голове было пусто, ежеминутно одна мысль сменяла другую, я не мог долго думать о чем-то одном.
Я лег на кровать, мне хотелось забыться чтобы уйти от всего этого хотя бы на пару часов. Глаза закрылись, и я очнулся в своей квартире. Такой же бардак, как и в день моего исчезновения, та же обстановка. Я тупо уставился в одну точку, не знаю сколько я так просидел. Пошевелился я нескоро, внутри меня было странное чувство тревоги и умиротворенности одновременно.
Прошло три месяца. Я не могу сказать, что после моего возвращения моя жизнь изменилась. Она была такой-же однообразной. Но с другой стороны, кое-что в ней все-таки изменилось. Я стал сделал небольшой ремонт в квартире, прибрался наконец. Стал чаще гулять и начал читать книги. Время от времени я вспоминал о Лене, но с каждым днем я все более уверялся или заставлял себя верить в то, что это был всего лишь сон.
Однажды гуляя по городу, я зашел в книжный магазин. Я стал там частым посетителем. Пройдя мимо книжных рядов, я как обычно подошел к полке, где стояла она, та самая книга. Я протянул руку я взял ее. На обложке было написано «Унесенные ветром» М. Митчелл. Я всегда брал в руки эту книгу, порывался купить ее, но в последний момент что-то останавливало меня. Вот и сейчас я снова передумал. Отвернувшись, я начал ставить книгу назад, но вдруг моя рука задела что-то. Что-то живое. Я обернулся – там стояла девушка, высокая, красивая. Волосы были темно-фиолетового цвета, немного подростковый вид ей придавала прическа, состоящая из двух коротких хвостиков и длинных локон на шее.
- Ой, прошу прощения. Я не хотел задеть… - я хотел было сказать «вас», но решил, что лучше будет «тебя» - тебя.
- Да ничего страшного – Девушка слегка покраснела и уставилась себе под ноги.
- Ради бога, извини. – Я внимательнее к ней присмотрелся.
- Нет, правда, что ты. Совсем ничего страшного! – Она на секунду посмотрела мне прямо в глаза и снова отвела свой взгляд. Ее щеки покраснели. Видимо даже такой короткий разговор вгонял ее в краску. Я вдруг понял, что не хочу вот так вот расставаться ней.
- А ты читала эту книгу? Я вот просто проходил мимо и увидел ее, а одна моя знакомая очень любила эту книгу, вот я и взял посмотреть. – Глупо улыбнувшись, сказал я
- Читала, хорошая книга. – Ехидно улыбнувшись сказала она и нагло посмотрела мне в глаза. На этот раз, взгляд пришлось отвести мне.
- А мы с тобой нигде не встречались? Ну может в лагере детском? Или еще где? Просто ты очень похожа...
- На твою знакомую? – Перебила меня она и пронзительно поглядела мне в глаза. От былой скромности не осталось и следа.
- Ну да. Не хочешь прогуляться со мной? – Неожиданно для себя сказал я.
- Почему бы и нет? Ты забавный. – Уже совсем раскованно ответила она.
- А как тебя зовут? Меня Семен. – Вспомнив о приличиях, сказал я.
- Лена.
Меня словно окатили холодной водой. Такого просто не бывает. Я вспомнил все те переживания последних дней в лагере. Я уже верил, что Совенок – всего лишь сон, но нет. Вот передо мной стоит та самая Лена, а значит… Хотя какая разница, главное, что вполне настоящая Лена здесь.
Через пол часа мы уже шли по улице, она держалась за мою руку и весело рассказывала истории из своего детства. Как ее кот нализался валерьянки, как она разыграла свою подругу. Свои истории она разбавляла приличными и не очень анекдотами.
Поздно вечером я проводил ее до дома. Стоя у подъезда мы прощались, я попросил дать мне ее номер. Сняв перчатку, она нечаянно пошевелила рукав куртки, и я разглядел шрам у нее на запястье. Поймав мой взгляд, она сказала:
- Несчастный случай в детстве. – И потупила взгляд, как будто снова начала смущаться, хотя за последние пол часа я понял, что она совершенно не такой человек
Не дав мне ничего ответить, она сунула мне в руку свой номер телефона, чмокнула в щеку, развернулась и скрылась за дверью. А я так и остался стоять на улице, силясь понять правда ли это или я сплю…
Inject0r 
Artem_vk_578837112 23 Dec 2024 в 18:07Сообщений: 1 23 Dec 2024 в 18:07
MrInfinity666 23 Dec 2024 в 18:03Сообщений: 1 23 Dec 2024 в 18:03
